Органон : Литературный журнал
 

  скрупулы
Блогосфера Органона

 

  Торжество невозможного 21.04.2009 : НИКОЛАЙ МИРОНОВ


 

Бог стал человеком.

Звучит уже как-то обыденно. Никакого взрыва. Никакой ударной волны. Ни огня, ни потопа. Обычно скорые на подъём и голодные до любого плана парадоксов трагедианты и комедианты остаются в нас безучастны. Что первое слово, что последнее, что их совершенно невероятная, на самом деле, связь, не поднимают даже пыли предельных смыслов на дне сосудов наших душ. Никакого волнения. Никакого движения. Нет опасности первого прикосновения. Тревожная тишина смерти…

Однако… Таким образом, есть и другая сторона. Евангелие неуклонно творит из нас новых людей, но это происходит уж очень долго, медленно, неявно. Или нам так мнится, так представляется, так это переживается нами. Так надо. Но в результате нам всё ещё проще глядеть на мир ветхими глазами. И это иногда полезно для понимания окружающего, коль уж мы не торопимся преобразовать его во всё новое.

Всё стало ничем. Абсолют оказался относителен. Заговорило Слово. Любовь трансформировалась в проблему. Вечное вместилось во временное. Вот ведь что должны были означать слова о Боге, ставшем человеком, для современников этого события. И вот ещё почему, а не только в силу неготовности к Событию или принципиальной враждебности, так несерьёзно и неистово переживали "хозяева жизни" слова Христа Пилату. И чем же ещё они могли ответить Ему, как не Смертью?

И Христос воскрес. И вот это уже окончательно не лезло ни в какие человеческие ворота. И не лезет. И на это уже в принципе нет никакого человеческого ответа. Кроме…

"День желанный, от века чаемый, необъятного неба ликование тогда только наступит, когда земля, тьмы поколений поглотившая, небесною сыновнею любовью и знанием движимая и управляемая, станет возвращать ею поглощенных и населять ими небесные, ныне бездушные, холодно и как бы печально на нас смотрящие звездные миры; когда, собирая и оживляя прах тех, которые нам дали или - вернее - отдали свою жизнь, мы уже не будем этот прах обращать в пищу себе и потомкам, к чему вынуждались разобщением миров и необходимостью жить средствами, скопленными нашею небольшою планетою. Знанием вещества и его сил восстановленные прошедшие поколения, способные уже воссозидать свое тело из элементарных стихий, населят миры и уничтожат их рознь... Тогда воистину взыграет солнце, что и теперь народ думает видеть в пасхальное утро Светлого Воскресения; возрадуются тогда и многочисленные хоры звезд. Иллюзия поэтов, олицетворявшая или отцетворявшая миры, станет истиною".

Воплотить нравственность без порока, возглавить Природу, объединить человечество, воскресить всех умерших, заселить все планеты. Так говорил Николай Фёдорович Фёдоров по фамилии Гагарин (внебрачный сын князя). Скромный и непритязательный человек, всю жизнь проработавший библиотекарем, старавшийся не иметь личного имущества и всегда ходивший пешком, упрямо отказывавшийся от повышения жалования, а имеющееся тративший в основном на своих "стипендиатов" и "пансионеров". Свои совершенно поразительные, не укладывающиеся в голове мысли он формулировал со спокойной и уверенной, неколебимой убеждённостью вечности.

Фёдоров: "Нынешняя вселенная стала слепой, идет к разрушению, к хаосу, - потому что человек, поверив сатане, осудил себя на знание без действия, - что и обратило древо знания в древо крестное"; "космос нуждается в разуме, чтобы быть космосом, а не хаосом"; "природу в том несовершенном виде, в каком она, по человеческому незнанию и безнравственности, и поныне пребывает, нельзя в строгом смысле даже признать произведением Бога, - ибо в ней предначертания Творца частию еще не выполнены, а частию даже искажены"; "наша жизнь есть акт эстетического творчества". "Христово воскресение еще глубокая тайна для верующих"; "христианство не спасло мир вполне, потому что не было и усвоено вполне"; "христианство по существу не есть только учение об искуплении, а именно само дело искупления". "Человечество призвано быть орудием Божиим" в деле спасения мира"; "древо крестное объединяет всех в обращении знания в дело".

По сути, Н. Ф. Фёдоров создал и описал проект Русского Модерна, модерном в европейском смысле - смысле бунта человека против Бога - не являющийся. Мы пошли другим путём. Но зато теперь, в условиях всемирного "послемодерна", именно нам есть куда и к чему вернуться. Именно у нас есть карта ясного и верного пути. Правда, она для нас, в виду нашего теперешнего состояния, почти не читаема. Фёдоров совершенно не понятен, хотя говорит чётко, ясно, доказательно, не разбегаясь по дереву мышами. Но карта действий, им созданная, как и картина актуального для нас мiра, в целое для нас не складывается. Как воплотить непорочную нравственность? Как собрать атомы? Каким образом добираться до всех планет и обустраиваться там, когда мы и во двор-то свой только с холодным оружием выходим… Тотальный тоталитаризм? Смертная казнь? Нанотехнологии?.. Национальный проект всеобщей космонавтизации?

"Верую, ибо абсурдно". Дорогу осилит идущий.

Фёдоров запечатлел для нас уникальный пример подлинного русского мышления-действия, русской философии, как будто со Святой Руси, непрерывно и нетленно, дошедшей и гармонично принимающей все достойные и доступные формы в новом времени. И, судя по всему, именно этот строй и план мысли есть то, что и делает великую русскую культуру тем, что она есть. И в ней, в подлинной культуре, этот план, строй, Проект преломляется в самых разных цветах и красках, принимает по сей день многообразные формы, самые парадоксальные, подчас для нас, опять-таки, в силу нашей маслом-временем мазанности и мiром-молью траченности, не осознаваемые и неразличимые. А начиналось всё как-то так:

Ф. М. Достоевский: "Скажу, что в сущности я совершенно согласен с этими мыслями".

Вл. С. Соловьёв: "Прочел я вашу рукопись с жадностью и наслаждением духа, посвятил этому чтению всю ночь и часть утра. Проект ваш я принимаю безусловно и без всяких разговоров... Ваш проект есть первое движение вперед человеческого духа по пути Христову. Я, со своей стороны, могу только признать Вас своим учителем и отцом духовным".

А. И. Фет: "Я никогда не забуду слов о Вас Льва Николаевича (Толстого); он говорил: "Я горжусь, что живу в одно время с подобным человеком".

А. Л. Волынский: "Фёдоров - единственное, необъяснимое и ни с чем не сравнимое явление в умственной жизни человечества. … Рождением и жизнью Фёдорова оправдано тысячелетнее существование России. Теперь ни у кого на земном шаре не повернётся язык упрекнуть нас, что мы не бросили векам и мысли плодовитой, ни гением начатого труда…"

И далее - связь с наукой и, собственно, с космонавтикой. Циолковский, непосредственно знакомый с Фёдоровым, провозглашает: "Земля - колыбель человечества, но не вечно же жить в колыбели!". С. П. Королёв внимательно штудирует "Философия Общего Дела", отправляет в космос не кого-нибудь, а Гагарина. Но вот дальше, с течением времени и со всё большим погружением нас в со-временность, придуманную и творимую не нами и совсем с не нашими целями (или без таковых), мы всё дальше отходим, отчаливаем от подобного уровня и плана смыслов, целей, движений, действий. Растворяемся в чём-то омерзительно посюстороннем. Жаждем победы на Евровидении или чемпионате мира по перекатыванию круглых предметов, стремимся повысить доходы, поддержать банки и обезопасить капиталы, формулируем реальные и достижимые цели, например - "сбережение народа", "свободный рынок", "победа на Евро" или, на самый худой конец, "70% населения в малом бизнесе". И выбираем манагеров, способных обеспечить подобное.

Но то и дело накатывает суть, что-то внизу ворочается, слышны отдалённые раскаты, что-то надвигается, пробиваются мысли или звуки или гармонии. Всё купить? Всех подчинить? Всех наказать? Всё разрушить, захватить? Убить всех людей? Вернуть всё назад? Ивъямукхуямых? Национальная, государственная идея? Общее Дело?!. В Москву! В Москву! Симфония властей!!! Каких властей?.. Где Царь? Где Цой?..

Брезжит, брезжит, мнится, мерцает - но не даётся.

"В настоящее время, - пишет Фёдоров, - дело заключается в том, чтобы найти, наконец, потерянный смысл жизни, понять цель, для которой существует человек, и устроить жизнь сообразно с ней. И тогда сама собой уничтожится вся путаница, вся бессмыслица современной жизни".

Ведь то, с чего мы начали, есть только первая часть фразы. Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом.

Звучит сия вторая часть фразы и Истории, наверное, столь же невообразимо для нас, живущих сегодня, чем первая часть для тех, кто жил Тогда. Что делать? Смеяться, гневиться, пугаться, плакать? Оставаться безучастными? Или - стать русскими, царскими, новыми людьми, братьями всем людям, сыновьями отцов, возглавить природу, объединить и возглавить человечество, воскресить всех умерших и населить ими вселенную…

"Сей день, его же Господь чрез нас сотворит, будет произведен не мнимым движением солнца, не действительным движением земли, а совокупным действием сынов, возлюбивших Бога отцов и исполнившихся глубокого сострадания ко всем отшедшим. Земля станет первою звездою на небе, движимою не слепою силою падения, а разумом, восстановляющим и предупреждающим падение и смерть. Не будет ничего дальнего, когда в совокупности миров мы увидим совокупность всех прошедших поколений. Всеобщее свидание. Это-то и есть великая будущность, которая ожидает прошедшее, если настоящее поймет свое назначение, дело, цель". (Н. Ф. Фёдоров)

Похоже, мы не готовы пока вместить даже первое Пришествие. Но нам дано и доступно всё, чтобы вместить Второе. Ничего не происходит. Мы пребываем на Дне. Творим беззаконие или ничто не творим. Таимся. Томимся. Брезжим. Грядёт явление Церкви. Явление тайного. Невмещаемого, но оттого лишь более реального. Внутри нас не "я", а "мы" (И. Л. Бражников). Сгущение материи, затвердевание пределов и умаление свободы лишь подтверждают, что для нас, подлинно свободных и безпредельно одарённых, нет ничего невозможного. Нет преград, пределов, Конца. Только всё то, что мы желаем и со-творим.

"Все будет родное, а не чужое; и тем не менее для всех откроется ширь, высь и глубь необъятная, но не подавляющая, не ужасающая, а способная удовлетворить безграничное желание, жизнь беспредельную, которая так пугает нынешнее истощенное, болезненное, буддийствующее поколение. Это жизнь вечно новая, несмотря на свою древность, это весна без осени, утро без вечера, юность без старости, воскресение без смерти. Однако будет и тогда не только осень и вечер, будет и темная ночь, как останется и ад страданий, в нынешней и прошлой жизни человеческого рода бывший, но останется он лишь в представлении, как пережитое горе, возвышающее ценность светлого дня востания. Этот день будет дивный, чудный, но не чудесный, ибо воскрешение будет делом не чуда, а знания и общего труда". (Н. Ф. Фёдоров)

Но…

Георгий ИВАНОВ

* * *

Мёртвый проснётся в могиле,
Чёрная давит доска.
Что это? Что это? - Или
И воскресенье тоска?

И воскресенье унынье?
Скучное дело - домой.
...Тянет Волынью, полынью,
Тянет сумой и тюрьмой.

И над соломой избёнок,
Сквозь косогоры и лес,
Жалобно плачет ребёнок,
Тот, что сегодня воскрес.


- элементарий  
: Органон
: Литературный журнал

©
Органон

  дизайн : Семён Расторгуев , 2008
+ элементарий   размещение сайта: Центр Исследования Хаоса