* * *

Сыграй мне тот марш, рок-н-ролл, пасадобль…
Во что б то ни стало - дотронься до клавиш!
Чтоб звуки как брызги, как слёзы взахлёб
От неги, когда ты рукою их гладишь.

Снежинки кружатся… Ну кто мы такие?
И тут же - рояль, и стихи, и стихии.
Стихали за окнами улицы звуки,
Стихами дышали на клавишах руки.

Скажи, как спокойной мне быть, как же это?
Граната сердца за пазухою согрета.
Граната - металл? Лишь скажи до зари:
Ты любишь гранатовый сок? - На, бери!

Мы вышли на улицу. Слово за слово,
В нас небо смотрело глазами коровы,
Мычало рогатое небо,
Мы небо кормили хлебом.

Над городом шатко строение ночи -
Ты можешь сломать его, если захочешь,
И, если не струсишь, увидеть мгновенно
Ужасную бездну - улыбку Вселенной.

Скажи, как спокойной мне быть, как же это?
На душу живую тело надето.
На тело - город, на город - планета…
Ты хочешь всё снять? Лишь скажи до рассвета!

Снежинки кружатся, задетые светом…
…Проплыв через Сену, Неглинку и Нил,
Пришёл музыкантом, явился поэтом,
Певцом и поэтом, поэтому мил.

Мы шли по проспекту и - верите? - снова
Влюблённого встретили мы Иванова,
И он нам сказал, что в любви, как ни странно,
Где пьяно - там форте, где форте - там пьяно.

Какие же, право, мы глупые люди.
Мы слишком научены - всё ещё будет,
Но всё происходит сейчас.
И наше давно уже в нас.

1996г.

* * *

Мне говорили: вы без слуха.
И было заслониться нечем,
Но вот судьба собралась с духом
И вдруг шагнула мне навстречу.

Открылись двери, нет, не рая
Лишь педучилища, где в зале
Пол родственница протирает
Вокруг старинного рояля.

Он без меня ненужный, мёртвый,
А я приду - и он воскреснет.
Нам хорошо бывает вместе:
Все грани между нами стёрты.

Когда сфальшивлю - он не стонет.
Он нот мне доверяет кладезь.
И я доверчиво ладони
Кладу в его ладони клавиш.

Он отвечает мне улыбкой,
То торжествующей, то нежной.
Душа, покачиваясь в зыбке,
Как там легка и безмятежна.

Ведь с музыкой растёт трава.
Ведь радуга - длиной в октаву.
Ведь только музыка права.
И лишь у музыки есть право.

1997-2000г.

*****

И казалось бы, петь - не плакаться
Да печаль не идет на сторону.
Ах, какие у дома маки-то.
Только в небе всё больше - вороны.

И казалось, идти - не падать бы.
Шаг - а ноги-то покалечены.
Кто не смог взлететь - станет падалью.
А вот в ком оно - человечие?

И казалось бы, жить, без жалости -
Смерть-змея подманила радугой.
Но не смей умирать, пожалуйста,
Видишь, я тебе еще радуюсь.

1996г.

****

Полынь - вечная горесть.

Спит село. Небо звёздное обняло луну.
Лишь в одном окошке свет горит.
Лишь в одном домишке мать не спит.
У матери сын ушёл на войну.
На каку войну, во каку сторону...

Радоваться бы солнышку: что ни день - теплынь.
Яблоньке бы цвести, полюшку колосить...
Некому яблоньку поливать. Некому полюшко засадить.
Горькой горестью от крыльца - полынь.

Крепок дом стоит. Смотрят в улицу три окна.
Внуков бы в нём растить, зыбочке бы висеть...
Некого в зыбочке качать. Некому песенки петь.
Во всём белом свете мать - одна.

Вышла из дома мать - стала полынь рвать,
Стала полынь рвать - стала пеленать,
Стала пеленать - стала в зыбке качать,
Ай люли, ай люли,
Мово сына увели.
Ай люли, ай люли,
Всё полынь да ковыли…
Ай люли...

1999г.


* * *

Берёжая - значит, жерёбая.
Травы на вкус пробуя,
Ласково глазом светится
Земли вороное детище.

Жерёба она, берёжная,
Ходит одна осторожная.
Вы отойдите прочие -
Мало ль чего вам хочется!

Ходит одна, бережая,
В солнца лучах нежится.
Силы ведь есть - выдюжит.
Время придет - выродит.

1998г.


НЕБЕСНЫЙ СИВКА

В мире, где даже летом бывает зима.
Есть город неба, где хлеба полны закрома,
Где бродит, дыша запахом хлеба,
Небесный Сивка (дом его - небыль),
Где, однажды полюбив синеву,
Можно сколько угодно смотреться в Неву,
Где над Невою пронзительно dolce
В гриве у Сивки звенит колокольчик.
Ну смотрите, смотрите, красив как
Мой любимый Небесный Сивка.
Веселюсь я до безобразия -
В синем сивкином глазе - я!

В мире, где душа устаёт так, что сходит с ума,
Едь в город неба, где хлеба полны закрома,
Где всходит необыкновенное солнце:
Раз глянет в душу - и до донца,
Где Исакий стоит, где Спас на Крови... Назови
Этот город городом небесной любви,
Поверь, что даже зимою бывает лето...
Звенит, звенит колокольчик и ждёт ответа.
Ищи, встреть, потрепли по загривку
Моего любимого Небесного Сивку,
Передай ему привет от кобылицы
Родом из неба... из небылицы.

сент-окт 1998

* * *

Сиреневый июнь сошел с ума.
Шмели проснулись. Обнаглели мухи.
Щенок по-взрослому почесывает ухи.
Жуют мороженое все кому не лень.
И дворнику опять работы тьма.
Виной всему - сирень, сирень, сирень.

На запасных путях спит паровоз.
Вагоны дремлют, подобрав колёса.
Ручей у насыпи. В глазах его стрекоз
(мозаичных - и граней миллионы)
Стоят всё те же вечные вопросы.
А рядом клён качается зелёный.

В них клён качается зелёный.
Спит паровоз. В них дворник и метла.
Раз где-то бродит Иванов влюблённый -
То в них его любовь отражена.
Я посмотрела в них и поняла:
В них вся Вселенная.
И я отражена.

1999г.

* * *

У дома моего растёт репей.
Не роза он. Совсем не орхидея.
Цепляется и колется, наглея,
Простой и коренастый без затей.

У дома моего растёт репей.
У дома моего. И этим дорог.
Хоть я браню его порой на дню раз сорок,
Но он цветёт - и сердцу веселей.

У дома моего растёт репей.
От своего репья благоговею...
Ну как могу просить я орхидею,
А вдруг кому не хватит орхидей?

У дома моего цветёт репей.

1999г.


* * *

В городе слякоть. В городе мокро.
В городе дышат рябины на стёкла.
И над рябинами, не умолкая,
Звенит колокольчик последних трамваев.

В городе этом, в дворике тесном
Под аркой живёт недопетая песня.
И с лоджий-балконов на юг улетает
Белья перелётного белая стая.

В дворике этом капает с крыши
Дома, где дружат кошки и мыши,
Где чайник на плитке, кровать и подушка,
Где для гостей есть кусочек ватрушки.

В городе, дворике, домике… Где-то
Когда-то жила я, не зная об этом,
Не помня об этом… Но кто-то был рядом.
Но кто-то… А большего знать и не надо.

1999 г

* * *

Земля по весне пахнет хлебом.
И этой весной мы сильны.
На тонкой шейке весеннего неба
Зажёгся солнышком поцелуй весны.

Весна в голубую пелёнку
Пеленает тополей-близнецов.
Я не ребёнок. Но мне, как ребёнку,
Хочется солнцу подставить лицо.

Замёрзшее в глыбы и глыбки
Озеро растает весной.
Всю зиму мне не хватало улыбки.
Всего лишь улыбки. Всего одной.

1998г.

* * *
Дует ветер-горемыка
В тростниковую дуду.
Я домой к тебе приду.
Я бурёнку приведу,
Мной сплетённую из лыка.
И мочального коня.
Милый, полюби меня!

Только дверь твоя закрыта.
Мы с бурёнкой у двери
Провздыхаем до зари…
Спи. Мочальные копыта
Не разбудят, не звенят.
Милый, не жалей меня.

1996г.

* * *

Назови меня чудом гороховым.
Назови меня горем луковым.
Отчего-то сегодня плохо мне.
Иль тоскую вдруг по кому-то я.

Домик - плот в ночи. Подморозило.
Небо плотное, как молозиво.
Не видать пути - замети снега,
Ты прости меня, ясный месяц-зга.

Что просить-то судьбу? Пусть хоть крохами,
Не мехами пусть стелет - рогожами.
Назови меня чудом гороховым,
И полегче мне станет, может быть.

Всё иначе ведь. Настоящая,
Не щенячая, а щемящая,
Кабы мне с руки отвести тоску,
Кабы лоскутки да в рубашечку…

Назови меня чудом гороховым.
Назови меня горем луковым.
И пусть капли по листьям грохают…
И пусть капли по листьям стукают…

17.10.99