Органон : Литературный журнал
 

  опыты
Блогосфера Органона

 

  ТЕИСТЫ И АТЕИСТЫ: МИР ИЛИ ВОЙНА? 09.04.2008 : РОСТИСЛАВ ПОЛИЩУК
теплотрасса

 

В марте 2007 года в Москве проходил XI Всемирный русский народный собор (ВРНС), на котором имела место презентация проекта "Русская доктрина", массово опубликованного месяцем позже (М.: Яуза-пресс, 2007, 864 с.). В нём изложена программа превращения России на базе идеологии "динамического консерватизма" в конфессиональное (теократическое) государство. В ответ 10 академиков Российской академии наук опубликовали 23 июля 2007 года в приложении "Кентавр" к "Новой газете" открытое письмо президенту России с предупреждением об опасности клерикализации страны (так называемое "обращение Гинзбурга-Алфёрова"). В феврале 2008 года в Москве состоялся очередной XII съезд ВРНС, на котором была представлена уже "Молодёжная доктрина", где "определена программа, по которой следует идти молодым для создания образа новой России". Продолжается и война "открытых писем" представителей научной общественности России.

В разворачивающейся идейно-политической борьбе виден ряд очевидных обстоятельств. Очевидно, что большевистский энтузиазм воинствующих теистов, стремящихся (в духе иосифлян, для которых "священство выше царства") снова приватизировать духовность и нравственность народа, способен привести к новому большевистскому бунту против религии как таковой. Очевидно также, что примитивный воинствующий казённый государственный атеизм советского времени ушёл в прошлое вместе с вероучением коммунизма (оно, как и мировые религии, исходило из утопической предпосылки возможности полностью уничтожить социальную энтропию с опорой на абсолютизируемую Волю или Разум, тогда как энтропию, хаос приходится непрерывно вытеснять). Но выработанная столетиями исторических испытаний стойкость российского народа (любые народы в аналогичных исторических и географических суровых условиях должны были либо выработать великую стойкость, либо погибнуть) позволяет надеяться, что идейные противники каждый на своём месте будут работать ради будущего России. Ведь на дворе мировой системный кризис демографических и природных ресурсов, требующий не фундаментализма, а фундаментального изменения стиля жизни всего человечества.

Возрождающейся России необходим союз просвещённых теистов и просвещённых атеистов для противостояния наблюдаемому в наше переломное время частичному распаду общественного сознания. Выдающиеся учёные-атеисты - это мозг нации, глубоко верующие люди - её сердце. Жизнь народа требует гармонии его разума и воли, чувств и рассудка. Сказанное не означает безумия верующих или бессердечия интеллектуалов, но пропорция разумных и эмоционально-волевых начал в разных социальных слоях единого российского народа, в группах различного биологического и познавательного возраста - различна.

И российские язычники с их сакрализацией природных явлений и ритмов, и буддисты с их отказом от истинности членения реальности на субъект и объект, и представители авраамитических религий (иудаизма, христианства и ислама) с их абсолютизацией Личности-Субъекта как Творца всего существующего, и учёные с их космическим "религиозным" (в духе Эйнштейна) чувством восторга перед поражающей воображение гармонией мироздания - все они признают Высшее начало или просто наличие единого смыслового стержня существующего, но только форма воплощения этого начала или этого единого смыслового стержня различна не только для разных исторических эпох, но и для разных людей (разного биологического и познавательного возраста) одного физического времени.

Нужен неписаный общественный договор о признании границ экологических ниш внутри общества для людей с различными мировоззренческими установками. Ведь никто, скажем, не отнимает у малых детей веру в Добрую Фею и Деда Мороза. Для нормального становления психики человеку необходимо пройти через мифологическую стадию: с возрастом он сам поймёт, что "сказка - ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок". Драма в том, что истина для всех одна: поэтому если Бог объективно существует, то атеизм есть богословская проблема; но если Бог существует только в делающем человека человеком виртуальном пространстве культуры как персонификация Высшего начала, то религия - это научная проблема.

Наука способна понять как необходимость возникновения убеждения в существовании императора "небесного" и его сверхъестественной власти как идеологической санкции и коррелята возникновения неестественной власти императора земного - после исчерпания ресурса естественных отношений внутри республики, так и необходимость вытеснения из сознания сверхъестественного расширением границ естественного, необходимость демистификации того, что считалось мистическим. Мир и истина о мире есть процесс, и глубокое смысловое преображение всей картины мира с каждой трансформацией первичных понятий (сегодня даже понятия пространства, времени и материи перестали быть первичными, а на смену парадигме хаоса и порядка пришла парадигма самоорганизации всего существующего) поражает воображение больше, чем различие картин мира в разных религиях, противоречащих друг другу.

Религии просто вредно проникать на территорию академического и школьного научного знания - ей лучше утешать тех, кто без этого утешения не может обходиться. Конечно, всякий культурный человек должен знать историю мировых религий, их огромный вклад (как позитивный, так и негативный: судьба каждого идеала после попыток его реального воплощения драматична - ведь ресурс каждой идеологии конечен) в историю человечества. Знакомство школьника со всеми созвездиями на культурном небосклоне человечества не мешает ему любовно выделять родное российское созвездие.

Провозглашённый Конституцией России принцип свободы совести следует воспринимать самым серьёзным образом. Этой серьёзности нет в "Русской доктрине", где представляется желательным "предусмотреть в законодательстве возможность перехода (России) из режима светского государства в режим государства конфессионального" (с. 137). Программа построения теократии в России несовместима с задачей её модернизации и с установкой на "Интеллектуальный Ренессанс России"" (там же, с. 20). Из упоминавшегося выше "обращения Гинзбурга-Алфёрова" видно их гораздо большее уважение к Конституции нашей страны и к религиозным чувствам верующих.

Наука и религия принципиально несовместимы, но совместимы люди науки и религиозной веры. Хотя среди профессиональных учёных число верующих относительно меньше, чем среди других людей, знания и вера могут сочетаться в сознании и профессионального учёного: не все отдают себе отчёт в глубоких внутренних противоречиях фидеистического рационализма, чуждого (согласно С.С. Аверинцеву) как духу научности, так и, в известной степени, религиозному переживанию тайны. Дело в том, что не единой наукой жив человек, что существование человека отлично от его неподвижно-самотождественной сущности, что познание трансформирует его состояние (есть даже опасность смещения личности и самогипноза).

Афоризмы "всякое сознание есть болезнь" (в "Человеке из подполья" Ф.М. Достоевского) и "мысль изреченная есть ложь" (у Ф. Тютчева) говорят об обоюдоострой сути познания, способного нарушить гармонию разума и воли. Когда разум слишком отрывается от почвы реальности и всё больше начинает иметь дело с собственными порождениями, забыв о практике и эксперименте, он терпит поражение от веры. Хотя понятия необходимо рождаются при познании, всякая система понятий противоречива, и противоречия разрешаются рождением новых понятий, реально продвигающих знание: наука самокритична и потому универсальна - в отличие от противоречащих друг другу догматов различных религий, сила и слабость которых заключена в самой догматичности, апеллирующей скорее к чувству, чем к ясности мысли..

Тот факт, что "Русская доктрина" нацелена на союз представителей различных традиционных конфессий России вопреки их глубоким догматическим различиям ради её возрождения говорит о прагматизме её авторов. Но без научной элиты, подвижнически штурмующей тайны природы без оглядки на религиозные догматы, возрождение России невозможно. И здесь необходима взаимная терпимость просвещённых теистов и просвещённых атеистов. Не гнилой компромисс, но мир людей различных достойных человека мировоззренческих установок требует от них серьёзных усилий. Как гласит древнее изречение, мир есть не отсутствие войны, но добродетель, рождённая душевной мощью.











 

 
: Органон
: Литературный журнал

©
Органон

  дизайн : Семён Расторгуев , 2008
  размещение сайта: Центр Исследования Хаоса